Архив

В статье рассматривается жизнетворчество писательницы и переводчицы Н.И. Петровской, чьи трагические любовные отношения с В.Я. Брюсовым стали ярким литературным фактом русского символизма. Принято считать, что Петровская творила собственную жизнь опираясь на роман Брюсова «Огненный Ангел», в частности, ее биографической моделью стала Рената, главная героиня романа. Такая интерпретация текста жизни Петровской во многом была задана самой писательницей, отождествлявшей себя с Ренатой в переписке с Брюсовым. Причины слияния с литературным персонажем, мотивы собственного переименования кажутся естественным следствием жизнетворческого эксперимента Брюсова. Однако такое объяснение лишает Петровскую субъектности и превращает ее в пассивную жертву мэтра символистов, не учитывая при этом ее жизненного выбора — желания находиться в мучительных отношениях и длить их. Как показано в исследовании, жизнетворческая модель Петровской восходит не столько к тексту Брюсова, сколько к «Чайке» А.П. Чехова. Ориентируясь на Нину Заречную и оказавшись в сходной жизненной коллизии, что и героиня пьесы, Петровская добровольно создала из своей жизни трагическую историю. Этим модельным для Петровской текстом объясняется и ее ономастический жест: переименование себя в Ренату связывается с самопереименованием Заречной в чайку. Статья также обращается к теме «Чехов и русский модернизм» и демонстрирует, что чеховские тексты могли восприниматься символистами как жизнетворческие модели.